пустые улицы

Ночь не дотягивалась до города, в мокром асфальте отражались фонари, и казалось, что весь мир – не больше, чем дрожащий, даже не ослепительный, свет. Старо-желтый, под порывами ветра. Высотка Таганской качалась над головой, будто единственное незыблемое и понятное. 9 вечера. Старый черно-белый фильм. Солнце ушло за город, пока мы стояли на Большом Каменном мосту. И хотя мир вокруг запутался так, что корчился, нависал, окружал тебя, там, на мосту, все было очень просто. Чем первая встреча отличается от не первой. Пойдем? Конечно.

Ночи уже 5 минут. И я кружусь по Красной Площади, пустой и светлой, раскинув руки в чужой теплой куртке. эта площадь… на ней можно кружиться, как мы сейчас. Или стоять, аккуратно, на носочках, в центре и смотреть друг на друга. Очень долго. Пока луна смелеет на небе. И еще дольше. А еще - можно сесть на теплые плиты – если лето, лето, лето! И есть ананас в 4 утра… правда?
Он обнял меня, когда мне удалось вытащить нас из рук милиции, которая поймала нас со штативом. Это незаконно, вы знали? А потом, под тенью фонтана – поцеловал. Ведь так и должно было быть? А Арбат был удивительно, не по-настоящему пуст. Как нарисованный. Хотя кто нарисует пустой Арбат?

Он был очень нежен, а часы выскальзывали из пальцев.
Время - как плохой танцор, на неловких носках. Улицы перестали быть улицами. От прикосновений я немного дрожала, или это все-таки редкие капли дождя?

Еще была кофейня почти утром, -слишком светло, а обнажать нежность было слишком рано. Еще были, наверно, Мытищи и, наверно, Королев. Я вспоминала о нем, когда шла вдоль стены журфака, снова пальцами шершаво скользя вдоль. А в небе летел самолет. Мы больше не увидимся. «Спасибо»? я знаю.