from all the words of ur life may be 3-4 will be reall
- spokoinoi noch. Ya lubluy tebya.
- Ya hochu zasnut s toboi.
- Ya hochu jit s toboi.
В двадцать лет нельзя говорить. Так. Я хочу провести с тобой каждую минуту своей жизни. Я хочу провести с тобой всю свою жизнь. Нельзя. Невозможно думать, что тебя нет в моем будущем. Не говорят слова – единственная.
Мы кричим, мы пишем, мы шепчем, что мы любим, но какая сила нужна, чтобы почувствовать ее. Мама не может неожиданно нахмуриться и спросить – ты что, девочка, ты что, любишь, а не влюблена? Мама не может говорить, не зная, не видя, только смотря на тебя – девочка, похоже на то, что ты встретила своего мужчину. Нельзя. Да нельзя. Из всего сказанного нами за жизнь верными. Настоящими. Искренними будут может быть три-четыре слова. Я не уверена. Может быть, меньше.
Нельзя такое говорить. А как без слов? «я знаю, я помню. Ты говорила мне, что глупо быть уверенным в любви человека к тебе, и как мне доказать тебе. Что я.люблю.тебя. знай это. Знай, знай. Чувствуй. Прошу тебя».
Я не знаю, что можно говорить, а что нельзя. Я знаю только, что сила ощущений пугает меня. Склонная к всплескам, я стараюсь, всегда старалась приглушить свои чувства. Сила чего угодно пугает нас.
Как испугала однажды. Если честно попытаться понять себя, понять почему – не почувствовать, нет, сказать. Признаться – вызывает громадный, панический, мучительный протест, почему лучше показаться чуть более равнодушной. Чуть мене чувствующей. Больше. Всего. Я. Боюсь. Показать. Что. Чувствую. Сильнее. Чем другой.
Как обидно понимать, что не очень достойный человек оказал на твою жизнь такое влияние. Так ведь было. Разгоряченной сердце. Много слов. Много признаний. Я понимаю сейчас, я представляю взрослого мужчину, дядечку, читающего, улыбающегося, с легким пожатием плеч, над излияниями 16-летней девчонки. С которой он просто выпил кофе. Сила чего угодно пугает нас. «Напиши об этом злой смешной роман». Спасибо. Я, наверно, напишу.
Просто теперь я кричу сама, но кричу, что нельзя, нельзя говорить. Так. Про жизнь. Про правильного человека. Даже про любовь.
E’ come un urlo gigantesco che grida, e quelllo che grida e’ “banda di cornuti, la vita e’ una cosa immensa, lo volete capire o no? immensa”…
…il fatto e’ cht io glo volevo bene, a lui, e volevo che scendesse un giorno da li’, e suonasse per la gente e sposasse una donna simpatico, e avesse dei figli einsomma tutte le cose della vita, che magari non e’ immense, pero e’ anche bella, se solo hai un po’ di fortuna, e di voglia…
- Ya hochu zasnut s toboi.
- Ya hochu jit s toboi.
В двадцать лет нельзя говорить. Так. Я хочу провести с тобой каждую минуту своей жизни. Я хочу провести с тобой всю свою жизнь. Нельзя. Невозможно думать, что тебя нет в моем будущем. Не говорят слова – единственная.
Нельзя такое говорить. А как без слов? «я знаю, я помню. Ты говорила мне, что глупо быть уверенным в любви человека к тебе, и как мне доказать тебе. Что я.люблю.тебя. знай это. Знай, знай. Чувствуй. Прошу тебя».
Я не знаю, что можно говорить, а что нельзя. Я знаю только, что сила ощущений пугает меня. Склонная к всплескам, я стараюсь, всегда старалась приглушить свои чувства. Сила чего угодно пугает нас.
Как испугала однажды. Если честно попытаться понять себя, понять почему – не почувствовать, нет, сказать. Признаться – вызывает громадный, панический, мучительный протест, почему лучше показаться чуть более равнодушной. Чуть мене чувствующей. Больше. Всего. Я. Боюсь. Показать. Что. Чувствую. Сильнее. Чем другой.
Как обидно понимать, что не очень достойный человек оказал на твою жизнь такое влияние. Так ведь было. Разгоряченной сердце. Много слов. Много признаний. Я понимаю сейчас, я представляю взрослого мужчину, дядечку, читающего, улыбающегося, с легким пожатием плеч, над излияниями 16-летней девчонки. С которой он просто выпил кофе. Сила чего угодно пугает нас. «Напиши об этом злой смешной роман». Спасибо. Я, наверно, напишу.
Просто теперь я кричу сама, но кричу, что нельзя, нельзя говорить. Так. Про жизнь. Про правильного человека. Даже про любовь.
E’ come un urlo gigantesco che grida, e quelllo che grida e’ “banda di cornuti, la vita e’ una cosa immensa, lo volete capire o no? immensa”…
…il fatto e’ cht io glo volevo bene, a lui, e volevo che scendesse un giorno da li’, e suonasse per la gente e sposasse una donna simpatico, e avesse dei figli einsomma tutte le cose della vita, che magari non e’ immense, pero e’ anche bella, se solo hai un po’ di fortuna, e di voglia…
"Это как рев гиганта, который кричит и кричит, а кричит он: толпа рогоносцев, жизнь - безмерна, понятно вам или нет? Безмерна".…Дело в том, что я любил его, и хотел, чтобы рано или поздно он сошел с корабля, и играл для людей на берегу, женился на симпатичной женщине, обзавелся детьми, в общем, обычная жизнь, которая может и не безмерна, но все же прекрасна, если у тебя есть хоть немного везения и желания.
Кричать. Кричать. Кричать. Кричать. Кричать.
Labels: reflections.


1 Comments:
о, Насть, ты с этим справишься. Сама не змаетишь, как почувствуешь удовольствие от того, что обескураживаешь любимого человека силой своих чувств. Ох, лучше тысячу раз ошибиться, чем не давать своим чувствам выходить наружу.
Post a Comment
Subscribe to Post Comments [Atom]
<< Home