loads of posts just in one. thoughts. birthday

Я сидела, по сути, в подвале. На единственном, бог знает как попавшем сюда столе, и ждала открытия «кинопроката Музея кино». 3 15. уже 15 минут я попеременно рассматриваю потолок и такую же белую розу. Для нервного постукивания, предположим, по столу, не было причин – спешить мне было некуда. Я рассеяно подумала, что могу просидеть здесь весь день, наедине с розой, подушечкой и репродукцией самой совершенной работой Ван Гога. «Ночное кафе».
По лестнице спустились два… два студента, смутно мне знакомые. Мы небрежно поздоровались – тем «привет», которое, собственно, значит лишь немного больше молчания.
Прокат открылся в пол четвертого. я выходила с факультета, что-то обсуждая с – как выяснилось – Сашей. В руках я держала диск с записью моего любимого сериала – подарок от – как выяснилось – Ильи.
Вот так. Пятнадцать минут.
В этот мой день рождения каждые пятнадцать минут я пыталась родиться заново.

2-12. пожалуй, это единственные минуты, точность которых для меня чертовски принципиальна. Именно 2-12. Только 2-12. 2 часа ночи 12 минут.
Я смотрела на свое отражение в окне, потом уверенно подняла огромный бокал с каплей вина. Попыталась рассмотреть размытого человека напротив меня. «С днем рождения», - прошептала я. Я смотрела на свое отражение в окне, смотрела на ту единственную я, которую нужно поздравить. Очень большая футболка, собранные волосы, лицо без привычных декоративных элементов. Моя совершенная защита. Но сейчас я поздравляла не ту, что пытается прожить много жизней в один день, а только саму себя. Это для меня очень сложное испытание, и я позволяю его себе только в день рождения. В минуту рождения.
Через несколько минут я выключила свет. Комнату наполнял голос Луи Армстронга.

Собственно – день рождения – это одна минута, одно мгновение. Весь остальной день – иллюзии, фантазии, эмоции и мишура. Этот день можно провести среди огромного количества людей – никогда так не делала, - а можно погулять по парку. Я сидела в одном из любимых моих ресторанов – там мне подарили конфеты, а потом пошла на милый романтичный фильм. Я чувствовала одиночество, но мое отношение к нему менялось. В этот день мы рождаемся заново и заново пытаемся понять.

Я делаю много ошибок. Я часто сожалею о своих поступках, словах, о своих мыслях и глазах. Хотя сожалеть о прошлом – наиглупейшая и бесполезнейшая вещь. Как и само прошлое. Я помню многое из того, что не хотела бы помнить. Я морщусь, отворачиваюсь, кричу, но помню. Очень многое я хочу оставить в прошлом своем году. Я иду вперед, бегу, пытаюсь перегнать… перегнать все (в следующей жизни я хочу быть ветром). Я хочу быть лучше. Но останусь ли я собой, если стану лучше, если стану той, что представляется мне.

Я читала Катино поздравление, я читала и перечитывала его, читала о себе, но ее глазами, то, что было мне недоступно раньше. Я часто не знаю во что верить и поэтому верю во все. От того, что мне сказали и сделали в этот день – у меня подгибались колени и исчезали слова. И в этот же день – пустота или молчание тех, от кого я ожидала многого. Я часто ожидаю кучу разных вещей. Неблагодарнейшее занятие. Нельзя ожидать. Можно верить. Но не ждать что-нибудь о тех, у кого свой путь и кто не ты.

Мой мобильник пропал давным-давно. Я живу, все меньше ощущая зависимость от него и его силу. Затеряться очень легко, если лень сделать больше, чем просто щелкнуть парой кнопок.

«Грустить легко. Когда мы грустим – мы сдаемся себе. Лучше попрыгать и потанцевать, махая свободной рукой». Мы не зря смотрим те фильмы, на которые приводит нас день.