"ты любимая жизнь"

Марлен сидела со Штернбергом в венецианском “Лидо” за обедом, когда к их столу подошел незнакомый мужчина.
– Господин фон Штернберг? Милостивая госпожа?
И хотя Дитрих вообще не любила, когда с ней заговаривали незнакомые люди, ее очаровал его глубокий, выразительный голос. Она оценила тонкие черты его лица, чувственный рот и глаза хищной птицы, взгляд которых смягчился, когда он отдал ей поклон.
– Позвольте представиться. Эрих Мария Ремарк.
Дитрих протянула ему руку, которую он учтиво поцеловал. Фон Штернберг жестом велел официанту принести еще один стул и предложил:
– Не присядете ли к нам?
– Благодарю. Если милостивая госпожа не возражает.
В восторге от его безупречных манер Дитрих слегка улыбнулась и кивком головы предложила ему садиться.
– Вы выглядите слишком молодым для того, чтобы написать одну из самых великих книг нашего времени, – проговорила она, не спуская с него глаз.
– Может быть, я написал ее всего лишь для того, чтобы однажды услышать, как вы произнесете эти слова своим волшебным голосом, – щелкнув золотой зажигалкой, он поднес ей огня; она прикрыла язычок пламени в его загорелой руке кистями своих тонких белых рук, глубоко втянула сигаретный дым и кончиком языка сбросила с нижней губы крошку табака...
Фон Штернберг, гениальный постановщик, тихо удалился. Он сразу распознал любовь с первого взгляда.

это была их первая встреча, в сентябре 1930. потом они встретились лишь через 5 лет,в Зальцбурге, и еще через 2 года, когда обоих пути привели в Лидо, в Венецию, когда кончалось лето и начиналась осень, началась их ... связь? их ... отношения? их... любовь? в ноябре появились письма.

Их отношения, с виду такие естественные и легкие, складывались непросто. И завершались они драмой, которая нашла отражение в их переписке, в самых прекрасных, самых страстных и самых печальных любовных письмах. В итоге перед нами последняя великая история любви в ХХ веке, грандиозная иллюзия, полная лжи и самообмана, но освещенная изнутри бенгальским огнем образов Ремарка, который никогда не был писателем в большей мере, нежели в этих интимных письмах к своей холодной возлюбленной.

вплоть до сентября, когда Ремарк умирает в клинике в Локарно, а Марлен посылает свою последнюю телеграмму.

его письма удивительны. а все ее письма были сожжены, уничтожены женой Ремарка Поллет. и от этого пусто и тревожно, слова Ремарка висят в воздухе. лиш несколько коротких записок осталось, как доказательство чувства Марлен:

" tried to reach u all afternoon and evening wishu happy birthday only becouse i love u i wont tell uthat i wishu were here in this forsaken town/ Puma".